Вестибюль гостиницы был оформлен в изысканной — пожалуй, даже чересчур — манере. Неброский шарм американской глубинки. На стенах — акварели с пейзажами местных художников. В камине потрескивал огонь, а из спрятанных динамиков доносилась негромкая кельтская народная музыка.

Скрипнули ступеньки, Сэм поднял глаза и увидел спускающуюся по лестнице жену… Кремовые брюки от Ральфа Лорана, кашемировая водолазка без горла, домотканая шаль из красновато-коричневой пряжи накинута на плечи. Темно-рыжие волосы небрежно собраны в высокий хвост на затылке, несколько прядок касаются точеной шеи.

— Успеваем? — первым делом спросила Реми, обхватывая предложенную мужем руку.

Сэм потерял дар речи. Секунду-другую он смотрел на жену, затем прокашлялся и выдавил:

— Ты вошла, и словно остановилось время.

— Прям! — фыркнула Реми и тут же, в опровержение своих слов, крепко сжала его бицепс: банальный или нет, комплимент явно достиг цели.

— Пойдем пешком или поедем? — спросила она.

— Пешком. Вечер чудесный.

— К тому же меньше шансов, что нас снова оштрафуют.

Въезжая в город на арендованном «БМВ», Сэм забыл переключиться с дальнего света на ближний — к досаде местного шерифа, который как раз собрался спокойно перекусить, укрывшись за придорожным щитом.

— И это тоже, — согласился Сэм.

В воздухе была разлита весенняя прохладца, легкая, почти неощутимая, в кустах вдоль дорожки квакали лягушки. Ресторан, частное заведение в итальянском стиле, с навесом в бело-зеленую клетку, находился всего в двух кварталах от гостиницы и в пяти минутах ходьбы. Сев за столик, они первым делом ознакомились с картой вин, остановив свой выбор на бордо из французской области Барсак.